Три толчка

Толчок 1связан с именем великого и ужасного Сержа Гензбура – поэта-выпендрежника и одного из самых гениальных французских музыкантов. А дело было так, в одном из «толстых литературных журналов» я разоткровенничался о своей любви к последнему и к своему стыду сравнил старину Сержа с Лотреамоном. Тем самым я навлек на себя гнев Главного редактора пытающегося объяснить мне, что он никаких таких Амонов не знает, посему я могу убираться со своими сравнениями куда-нибудь подальше. Я же в свою очередь высказал, что покуда они (в данном случае редактора) не просветят себя, я буду измываться над ними во всевозможных форумах, на весь свет, называя их своими именами. Клянусь на могиле постмодерна.
Толчок 2моя попытка осознать и прочувствовать любовь к женщине на примере своих многочисленных окольцованных знакомых. Изучив это эфемерное слово «Amour» и все с ним связанное, я пришел к выводу не читать ничего вообще, т.к. чтение книг отвлекает меня от тех прекрасных созданий, на которых у существ моего пола уходит столько энергии, мыслей и нервов, что в пору кричать Ахтунг! Я же чересчур сильно связан со своими литературными кумирами, что периодически не могу понять, где же все-таки моя жизнь? Где мои герои? Где моя любовь? Уверен, она лежит дома на диванчике и перелистывает томик Бориса Виана в мягкой обложке или же вместе со своими подружками-студентками потребляет пиво в каком-нибудь демократическом баре... романтика!
Толчок 3.Я проспал Новый год. Стоит, конечно, рассказать о предпосылках этого наиважнейшего массового гуляния. Итак, я в компании близких и не очень решил выехать за пределы нашей с вами столицы с целью внести разнообразие в скучнейший в принципе праздник. Но из-за наличия не очень близких мне людей и плюс внезапного подземного толчка номер два, мне пришлось веселить себя методами старика Довлатова. Развеселившись мне ничего, не оставалось, как пойти на боковую, чужд я полуночным бдениям под завывания бьющего по голове попа. Так я и проспал Новый год. Проснувшись, я твердо решил пересмотреть свои взгляды на массовые собрания людей ради возлияний. Ведь истина-то не в этом.
Эти три серьезных толчка пошатнули мою полку с современной литературой и заставили набрать то, что в народе именуют «классикой», а особенно башковитые культом.
Список рассмотрения на сегодня выглядит так:
Раймон Кено «Зази в метро» (1959)
Джеймс Джойс «Улисс» (1922)
Эрик Сигал «История любви» (1970)
Джером Д. Сэлинджер «Над пропастью во ржи» (1951)
Вера Скох «Непридуманные истории» (2006)

Начну, пожалуй, с толстенного тома длинною в 858 страниц – Джеймс Джойс «Улисc», гениальнейшее произведение полуслепого дублинца-алкоголика повествует нам о пьяном пути Леопольда Блума в коем нетренированным взглядом можно разглядеть самого автора, если вы конечно с ним знакомы лично:-) это одно из самых сложных произведений ХХ века благодаря своей коллажной форме и стилистическому калейдоскопу, который до сих пор вызывает зависть у писателей отчаянно желающих выглядеть интеллектуально. Читать «Улисс» следует, оторвавшись от всего, что только можно, имея в запасе как минимум пару свободных недель и обложившись отдельными комментариями. Нельзя забывать, что кроме несоразмерного потребления горячительных напитков Джойс проштудировал тонны литературы, которые сегодня не прочесть даже за 50 лет, все-таки время было другое и читали немного по-другому. Посему подводя жирный итог, я и ухмыляюсь, когда мне вешают на уши о том, что прочитали «Улисса» за какой-то месяц, да и то в перерывах между походами во всемирную паутину и изнурительным 8-часовым рабочим днем. С Раймоном Кено «Зази в метро» все обстоит немного проще, текст уморительно смешной и добрый. Я к чему, а к тому, что читать можно даже в общественном транспорте, только не разбудите бабушек им до конечной. Главная героиня романа девушка пубертатного возраста Зази просто хочет увидеть метро, но ей все время мешают. Так себе? Как бы ни так я уверен больше чем в самом себе, что характеры героев и тем более диалоги не приснились бы вам даже в страшном сне, а стилистика по ходу повествования отсылает нас ко всей французской авангардной школе, начиная с дадаистов и заканчивая ситуационизмом. К слову сказать, в 60-х во Франции экранизировали «Зази в метро» с чувством, толком и юмором. Рассказывать о «Над пропастью во ржи» все равно, что обсуждать группу TheBeatles, с теми, кто еще застал их «золотые денечки». Книга-культ дзенствующего писателя-отшельника преставшего общаться с миром в 1965 году. Сегодня гораздо больше литературы о феномене Сэлинджера, нежели его творений, ведь полное собрание писателя может вместить том длинною страниц в 1200. Мой кореш и по совместительству гениальный автор и переводчик Алекс Керви считает, что история Холдена Колфилда давно надо перевести на новояз с ненормативностью и элитарным нигилизмом, хотя чего-чего, а нигилизма в книге хоть отбавляй.…Если вернуться к размышлениям о ливерпульской четверке, то нельзя ни вспомнить об Эрике Сигале – сценаристе мультфильма «Желтая подводная лодка» и автора «Истории любви» (вот такая вам логическая цепочка). Легендарная классика молодежного любовного романа не оставит в покое даже черствого обывателя, чего стоит начало истории, где умирает главная героиня. Именно у Сигала нужно искать корни трагического лиризма коим так бахвалится Харуки Мураками. Мое мнение о всех любовных историях я уже описал в Толчке 2, если это не Ремарк и не Сигал, то это для девушек с отсутствием воображения. Творение Веры Скох «Непридуманные истории» к этой категории не относятся, еще бы одно соседство с Джойсом в одной колонке скажет нашему читателю за себя. Я знаком с ней лично и даже имел честь разговаривать (кстати, она присутствовала на празднике, который я проспал), так вот выяснил, оказывается, все эти истории действительно происходили со всеми вытекающими последствиями. О стиле скажу так – Чехов в теле Тэфии соавторничают с Горчевым. Кто плавал, знает! Все больше не слова!